26 июля (7 августа) 1891 года исполнилось ровно 135 лет с того дня, как в Оренбургскую губернию прибыл цесаревич Николай – будущий император Николай II, последний самодержец Российского престола. Его большое путешествие по стране длилось около 200 дней – путь лежал от Петербурга по морю через Египет, Индию и Японию до Владивостока и обратно по российским землям. Такой вояж был не прихотью, а обязательным пунктом образовательной программы будущего государя: он должен был не просто увидеть страну, но и прочувствовать её.
По красотам Губерлинских гор
В Оренбургскую губернию цесаревич прибыл через Орск – в этот город он въехал 24 июля. Всё путешествие подробно описывал прикомандированный чиновник Министерства внутренних дел князь Эспер Эсперович Ухтомский, который впоследствии издал очерк «Путешествие наследника цесаревича на Восток». Это уникальное свидетельство очевидца сохранило для нас живые детали поездки по оренбургским землям.
За неделю цесаревич преодолел почти тысячу вёрст. Из Орска в Оренбург он ехал через Губерлинские горы, и, как писал Ухтомский, красоты края поразили высокого гостя: «Целебный горный воздух, прекрасная вода и возможность пользоваться кумысом (киргизские кочёвки всего в трёх верстах) заставляют теперь многих приезжать сюда из Оренбурга и Орска на дачу».
Будущий император посещал учебные заведения, дома казаков, купцов, местных чиновников и крестьян в каждом населённом пункте, участвовал в молебнах и парадах, постоянно общался с простыми людьми. Позже в своих мемуарах он признавался, что его везде встречало однообразие – похожие приёмы, молебны и парады, но он всё же смог наблюдать за настоящей жизнью своих подданных, скрывавшейся за парадными фасадами.
Помимо торжественных встреч, специально подготовленных местными властями, будущий царь сталкивался и с совершенно иными картинами: бедными лачугами, сгоревшими станицами и деревнями, голодными поселениями, где люди жили впроголодь. Но суть его поездки заключалась в том, что наследник престола не избегал проблем населения.
Один из самых трогательных эпизодов описан Ухтомским: «В посёлке Красногорском за несколько дней до приезда цесаревича Николая случился пожар, от которого сгорело 70 домов. Въезжая в этот посёлок, Его Высочество приказал ямщикам ехать тише и внимательно осматривал пожарище, которое ещё во многих местах дымилось. Милостиво принимая хлеб-соль от Красногорского общества, Его Высочество спросил урядника Федора Мишукова: «Когда случился пожар? Много ли сгорело домов? Успели ли жители спасти своё имущество?» – и обо всём этом получил обстоятельный ответ».
После принятия почестей цесаревич приказал позвать к себе станичного и поселкового атаманов и вручил им 700 рублей для раздачи погорельцам. А местному священнику, отцу Евладову, пожаловал ещё 100 рублей со словами: «Жертвую на вашу церковь». Это был жест не казённый, а искренний – человеческое участие в чужой беде.
Безопасность и порядок
К визиту цесаревича в Оренбуржье начали готовиться задолго: из казны ассигновали 27 тысяч рублей – огромные по тем временам деньги. На них Оренбургское казачье войско сформировало дополнительные полки и батареи лёгкой артиллерии – всё для безопасности высокого гостя.
Встречать цесаревича должны были все от мала до велика. Для юных казачат сшили специальную форму: белые рубахи, красные шаровары, голубые кушаки и фуражки без козырьков, а в руках у каждого была миниатюрная шашка, изготовленная на заводе в Златоусте.
Особое внимание уделялось чистоте: все улицы и тротуары должны были быть выметены и убраны от мусора до шести часов утра, а горожанам строго запрещалось выпускать на улицу скот. Владельцам трактиров и винных лавок запретили продавать алкоголь несовершеннолетним, а владельцам домов с окнами на маршрут следования разрешалось держать окна открытыми, но без посторонних зевак.
В дни пребывания цесаревича в губернском центре был закрыт Караван-Сарайский сад, а мимо самого Караван-Сарая запрещалось ездить по вечерам. Строго-настрого запрещались уличные песни, крики, гармошка и музыка в трактирах – город должен был встретить наследника с достоинством и тишиной.
В день приезда цесаревича в Оренбург, 26 июля, полил дождь – в народе это восприняли как добрую примету. На Форштадте соорудили триумфальную арку, украшенную зеленью, флагами и тканью – всё делалось на средства торговых казаков.
Как сообщала газета «Оренбургский листок» за 1891 год, «Его Императорское Высочество принял хлеб-соль от выборных Оренбургской станицы на драгоценном блюде и был встречен войсковыми властями. Отслушав молебен в Николаевской станичной церкви и помолившись у часовни, только что построенной прихожанами этой церкви в память чудесного спасения жизни Его Высочества в Японии 29 апреля 1891 года, Государь Наследник Цесаревич проследовал к городу Оренбургу».
На въезде в город, в районе современной улицы Ленинской, высокого гостя встретил народ – несмолкаемые крики «Ура!» разносились далеко вокруг. «Государь Наследник Цесаревич вышел из экипажа и проследовал под арку по пути, устланному травой и дорогими азиатскими коврами. Путь этот посыпали живыми цветами девицы из семейств почётных горожан, более 40 персон», – запечатлели газетчики.
После церемонии будущий император проследовал в Кафедральный собор, а затем – на обед в губернаторском доме, где собралось около 40 персон. В театре в этот вечер давали спектакль, но цесаревич, крайне утомлённый дорогой, не смог его посетить, однако жители, несмотря на ветер и дождь, не расходились всю ночь – «так велика была радость народная при встрече с сыном Российского Самодержца», писала газета.
Балы, смотр войск и фейерверки
На следующий день цесаревич посетил Неплюевский кадетский корпус (ныне – здание медуниверситета на Парковом проспекте), мужскую гимназию (сейчас – педуниверситет на Советской), а также скачки на местном ипподроме. Затем прошёл смотр казачьих войск, где наследник принял георгиевских кавалеров – живых героев, чьи подвиги уже вошли в легенды.
Вечером Николай Александрович посетил торжественный обед, данный городским обществом в здании Оренбургского общественного собрания. После одиннадцати часов вечера на Маячной горе, иллюминированной зажжёнными смоляными бочками и потешными огнями, начался бал, организованный Институтом благородных девиц. Улицы города были усеяны массами народа, восторженно приветствовавшими августейшего гостя. После бала Николай Александрович отправился на вокзал и по железной дороге выехал через Бузулук в Уральск, на празднование 300-летия Уральского казачьего войска.
Последнему императору Российского престола довелось побывать в Оренбуржье дважды. Второй раз он приехал сюда 13 лет спустя, уже в качестве императора – в 1904 году, когда на Дальнем Востоке разгорелась русско-японская война. И в тот раз, уже уезжая, император выразил желание вновь побывать в этом удивительном по красоте крае – но судьба распорядилась иначе. Оренбургские степи навсегда остались для него не просто точкой на карте, а местом, где он впервые по-настоящему увидел свою страну – такую разную, бедную и щедрую, страдающую и ликующую. И где он, ещё наследник, попытался быть не просто монархом, а человеком.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
