Примерное время чтения: 9 минут
267

«Самое сложное – найти деньги на книгу». Мы - самая читающая страна мира?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 6. АиФ в Оренбуржье 09/02/2022
Книги обходятся дорого и издателям, и читателям, но их и печатают, и читают.
Книги обходятся дорого и издателям, и читателям, но их и печатают, и читают. / Игорь Храмов / АиФ

В 1950 году советский человек тратил на чтение примерно 11 часов в неделю — вдвое больше, чем житель США, Англии и Франции. Сохраняем ли мы сейчас это лидерство?

Почему сегодня книги стоят дорого, что хочет видеть покупатель и какой толк от книжных ярмарок рассказывает директор Оренбургского книжного издательства имени Г.П. Донковцева – президент благотворительного фонда «Евразия» Игорь Храмов.

Алкоголь дороже книги

- Можно ли сказать, что у нас в области – кризис книгоиздательства? Когда начался, почему?

- Можно также сказать, что он и не заканчивался, а можно просто не посыпать голову пеплом по этому поводу. Оренбуржье никогда не было сильным книгоиздающим регионом: «чкаловское/оренбургское» издательство, существовавшее в 40-е – 50-е прошлого века, исчезло, и долгие десятилетия всё наше издавалось в Челябинске. Так оно и продолжалось, если бы не глава областного центра Геннадий Донковцев. Который в очень сложный с финансовой точки зрения 1995 год пригласил из Челябинска редактора Любовь Петрову, чтобы возродить Оренбургское книжное издательство. Кстати, тогда оно было муниципальным. С уходом Донковцева в 2000 году город вновь сбросил с себя этот «балласт».

ЦИТАТА
«Мы выезжаем только на книжные форумы, где за участие не берут денег: в финансовом плане никакая книжная ярмарка себя не окупит. Самое главное на ярмарках – это общение».

Славящиеся книгоизданием регионы из наших соседей – это Свердловская, Самарская области, Башкортостан, Татарстан. Там существует систематическая региональная поддержка отрасли. Зато у Оренбурга – Национальная премия «Книга года» 2021 года за поэтический сборник Юрия Ряшенцева «Емелино озеро», такой своего рода книжный «Оскар». 

- Вы ежегодно принимаете участие в книжных ярмарках в Москве и не только. Для чего?

- Мы выезжаем только на книжные форумы, где за участие не берут денег, потому что в финансовом плане никакая книжная ярмарка себя напрямую не окупит. Самое главное на ярмарках – это общение. Общение с писателями, издателями. Смотрите: мы издали роман Давида Маркиша об оренбургском художнике Сергее Калмыкове. Про него писал в своё время Юрий Домбровский. На ярмарке в Алма-Ате, увидев книгу, нам подсказали, что в Москве живет его вдова. На московской книжной ярмарке совершенно случайно встречаемся с Кларой Домбровской, знакомимся. Через какое-то время она предлагает нам роман Юрия Осиповича «Державин, или Крушение империи», вышедший в 1939 году в Алма-Ате и больше не переиздававшийся. А ведь это абсолютно оренбургская тема – Пугачёв, Державин! Мы хотим хорошее предисловие к этой книге. Клара Файзуллаевна говорит, что лучше Дмитрия Быкова не напишет никто. В момент нашего разговора с ней мимо с людским потоком «проплывает» Быков, мы радостно кидаемся к нему – всё. Как говорится, пазл сложился. Книга вышла.

- Как относитесь к высказыванию, что алкоголь в нашей стране стоит дешевле многих книг? Этим некоторые пытаются объяснить свой выбор и отсутствие интереса к книгам.

- Боюсь, я плохой эксперт по ценам на алкоголь. Да, книги дорогие, особенно это касается книг для детей. Знаю также, что это никого, в общем-то, не останавливает. Это доказывают книжные ярмарки – я в детские павильоны стараюсь вообще не заходить: давка как в метро в час пик. Кстати, в Москве у нас всё время спрашивают: «А почему у вас книги такие дешёвые?» Ответ прост: для нас это не бизнес, а одно из направлений деятельности фонда.

Спрос и предложение

- Сколько ваше издательство издало книг за три последних года? Какой год был самым «сытным», «жирным» - сколько было издано книг?

- У «Оренбургского книжного», к счастью, пока всё идет ровно: свои 10-15 книг в год мы выпускаем. Над этими цифрами посмеётся любое солидное издательство.

Но Оренбург не пропал в океане книжной продукции и регулярно появляется в федеральной повестке благодаря качеству того, что издаём.

Юрий Ряшенцев, Юрий Домбровский, Юлиан Семенов, Павел Северный, Гарри Бардин, Надежда Кондакова, Алексей Фатьянов, Муса Джалиль. Предисловия к нашим изданиям писали Евгений Евтушенко и Дмитрий Быков, иллюстрировали Эрнст Неизвестный и Юнна Мориц. В «коронавирусный» 2020 год к юбилею Давида Тухманова мы выпустили по заказу этого выдающегося композитора 4 нотных сборника. Вышло несколько книг Давида Маркиша – по сути, классика русскоязычной литературы Израиля, печатающегося в лучших издательских домах России, но пожелавшего иметь «красиво сделанную книжку» из Оренбурга.    

- Есть ощущение, что современные российские авторы непопулярны - в книжных магазинах 80% - переводная иностранщина.

- Затоваренность книжных полок и популярность – разные вещи. Разве можно сказать, что непопулярен Алексей Иванов, Захар Прилепин, Гузель Яхина? Да о чём вы! Их ведь, между прочим, ещё и на разные языки мира переводят. А иностранщина иностранщине - рознь. В Оренбургском книжном издательстве выходили главные романы мэтра немецкой литературы Стефана Гейма «Агасфер» и «Книга царя Давида» с иллюстрациями Эрнста Неизвестного, рассказы того же автора, роман ещё одного немецкого классика Зигфрида Ленца «Наследие Арне». Мы впервые перевели на русский язык сборник рассказов «Комиссар Смерть» француза оренбургского происхождения Жозефа Кесселя, а также одно из его лучших произведений «Сибирские ночи», и они пользуются успехом.  

- Что самое непростое в издательском деле?

- Пусть это кому-то покажется пошлым, но самое непростое – найти деньги на издание хорошей и кому-то очень нужной книги.

- Как на ваш взгляд выглядит идеальная модель издательского дела? Она достижима?

- Издателю отовсюду шлют гениальные рукописи, он копается в них, неожиданно находит «бриллиант», подписывает с автором договор, автор получает гонорар и потом ещё процент с продаж (роялти), издатель вынимает из тумбочки (ну хорошо – снимает со счёта) деньги, заказывает великолепный дизайн, печатает большой тираж и продаёт по всей стране. Книга становится бестселлером, издатель допечатывает один тираж, другой, продаёт права на издание за рубежом. Это идеальная модель. А если серьезно, то, как минимум, один бестселлер у нас тоже был – собрание сочинений сценаристов Петра Луцыка и нашего земляка Алексея Саморядова. Предисловие к которому тоже, кстати, по нашей просьбе, написал Дмитрий Быков. Мне кажется, что произведения этих безвременно ушедших из жизни ребят вечны.

Книги хотят все

- Вы нередко бываете в других странах, там читают больше, чем у нас? Есть государственная поддержка издательского бизнеса?

- Читают много и поддержка издательского дела есть. Есть то, чего нет в России – единая система книгораспространения. А что касается господдержки в России, то если бы не многолетняя федеральная целевая программа поддержки книгоиздания Роспечати (сейчас это Минцифры), то вам некому было бы задавать вопросы. Наше издательство больше 15 лет участвует в этой программе, и за счёт того, что выигрываем частичное субсидирование на 3-4 издания ежегодно, можем жить. Подчеркну, это лишь частичная компенсация типографских расходов, но получив её, мы обязаны выпустить книгу, а тут уж разбейся в лепёшку, но недостающие средства найди. В минувшем году мы поставили абсолютный рекорд за все время существования программы – привлекли в экономику области 1,7 млн федеральных средств. А у нас микропредприятие со штатом три человека.

-  Как менялся покупательский спрос за последние десять лет? 

- Это вопрос, скорее, к крупным многопрофильным издательским домам. Наш покупатель хочет и альбомы по искусству, и словари казачьих говоров, и краеведческую литературу. Видим большой спрос на историческую краеведческую литературу самого широкого спектра – от фундаментальных книг про губернаторов или кадетские корпуса Владимира и Веры Семёновых до «Легенд старого Оренбурга» Глеба Десяткова или журналистского расследования про атамана Дутова Константина Артемьева.
- По какому принципу берётесь издавать книгу? Спрос, юбилейная дата,  наличие необходимых средств?

- Юбилейные даты облегчают путь к финансированию. Но не всё измеряется деньгами. К 85-летию Юлиана Семёнова мы постарались выпустить его «Дипломатический агент» лишь потому, что буквально перед юбилеем узнали об этой его первой книге, написанной на оренбургском материале. К 115-летию со дня рождения Мусы Джалиля его «Моабитские тетради» на 4-х языках (татарском, русском, немецком и английском) сделали заранее, и не ошиблись, потому что книг Джалиля, как ни странно, не найти днём с огнём.

Пятитомное собрание сочинений Юрия Ряшенцева затевали к одному юбилею, печатали в год по тому, один год пришлось пропустить, завершили в неюбилейный год. Зато презентовали под премьеру его мюзикла «Три мушкетёра» в Оренбургском театре музыкальной комедии вместе с автором и его соавторами Марком Розовским и Максимом Дунаевским.
- Ваше мнение: мы перестали быть «самой читающей страной в мире» или ещё остаёмся?

- Да боже упаси! Вы посмотрите на столпотворение, которое творится на той же «нон/фикшн», где люди платят 350 рублей лишь за то, чтобы войти, и с какими сумками, полными книг, они оттуда уходят. Я не знаю официальную статистику по «самойчитаемости», но книги хотят все.

ДОСЬЕ


Игорь Храмов

В 1992 г. окончил факультет иностранных языков ОГПУ.

Член Союза журналистов России, стажировался и печатался в берлинской редакции «Frankfurter Allgemeine Zeitung», публиковался в «Новых известиях», «Литературной газете», «Московской немецкой газете».

Журналист, кандидат исторических наук, переводчик на русский язык К. Манна, З. Ленца, С. Гейма.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых


Самое интересное в регионах