aif.ru counter
53

Травматологи «лицом к лицу» с вирусом. Спасая чужие жизни, не жалея своей

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 38. АиФ в Оренбуржье 16/09/2020
Анна Мурзина / АиФ

Ситуация, сложившаяся в 2020 году и в мире, и в России, и в  регионе, как это ни печально, но обогатила наш словарный запас такими звучными и поначалу незнакомыми понятиями, как пандемия, обсервация, антитела, самоизоляция  и прочее, что несёт на себе печать страшного вируса COVID-19. Для многих из нас  они так и остались лишь словами, но есть и те, кому пришлось с этим  жить и работать.  Коллектив клинической больницы № 4 г. Оренбурга, которую жители региона называют  «наша травма», сталкивается с этими понятиями ежедневно и ежечасно, отдавая все силы спасению человеческих жизней и не жалея, порой, своих.

В первую очередь  хирург

Дмитрий Пупынин – врач травматолог-ортопед высшей квалификационной категории, который одновременно является и главным внештатным специалистом травматологом-ортопедом Министерства здравоохранения Оренбургской области, пришел в клинику в 1997 году, а  возглавил её в ноябре 2013-го. Сейчас в его подчинении находятся около 600 человек, из них чуть более ста врачей и около 200 медсестёр, и как Дмитрию Юрьевичу удаётся сочетать бесконечные операции с руководством огромной клиникой и такой же огромной ответственностью – одному Богу известно. Потому что именно так о нём и говорят коллеги:  в первую очередь хирург от Бога, и только потом главный врач. Сам доктор  считает: « Сочетать сложно, но можно - за счёт увеличения продолжительности рабочего времени». А на вопрос, сколько же длится его рабочий день, смущённо отвечает: «Конечно,  приходится часто задерживаться, но это мой выбор».

Ещё в самом начале весны, когда повсюду осторожно заговорили о надвигающейся эпидемии, Дмитрий Пупынин четко осознал, что ситуация складывается серьёзная и придётся основательно корректировать и график работы клиники, и саму работу медицинского учреждения. Что было предпринято им, как руководителем этого единого живого организма: строгий пропускной режим, несколько уровней контроля персонала, обследование всех пациентов на наличие вируса, огромные затраты на средства индивидуальной защиты (СИЗы), оборудование обсерватора внутри больницы для тех, у кого выявляется COVID-19, и многие другие ежедневные меры, предпринимаемые для сохранения здоровья и коллектива, и пациентов.

Сейчас обследуют даже экстренных пациентов – разумеется, если человек неожиданно сломал ногу или пострадал в аварии, у него на руках не будет справки об отсутствии вируса – приходится отправлять материал для проведения экспресс-теста, который дает результат уже через полтора часа. Конечно, и он не дает стопроцентной гарантии, но  значительно снижает риск заноса инфекции.

Благодаря Минздраву Оренбургской области в регионе появилось два аппарата экспресс-диагностики и клиника имеет возможность этим пользоваться.

Без отрыва от производства

Уберечь весь персонал от заражения было не реально, да это и не удивительно. В июле много специалистов всё-таки заразились от пациентов.

-Небольшое затишье  в клинике было в апреле-мае, когда администрацией области предпринимались достаточно жёсткие меры по самоизоляции населения. Однако летом, когда этот контроль сочли возможным чуть ослабить, пострадавшие потекли к нам буквально рекой -  снижения травматизма в этом году не наблюдалось. Мне даже пришлось закрыть полностью одно отделение на обсервацию вместе с персоналом и больными. Больше недели они все находились на изоляции, лечились и  проводили операции – и всё в замкнутом пространстве, «без отрыва от производства». Нагрузка на остальных врачей тогда значительно выросла, - рассказывает Дмитрий Юрьевич.

Хирург в те дни практически не покидал операционную. Июль, поистине адская сорокаградусная жара, защитный костюм и перчатки, пластиковое «забрало» на лице, а если  у пациента обнаружен коронавирус, то умножайте все средства защиты на два. Плюс обработка всего помещения и всех путей, по которым этот больной передвигался.  И попробуйте провести в этом «снаряжении»  долгие-долгие часы, и не просто так, а еще и у операционного стола, когда речь идёт о спасении чьей-то жизни. «В среднем, одна экстренная операция длится порядка двух-трёх  часов, но если случай тяжёлый, нестандартный, когда пострадавшего буквально приходится собирать по частям после аварии, то это может занять сколько угодно времени – и 8, и 10 часов». Доктор держится «молодцом», рассказывая о своей работе, как о чем-то обыденном, а  нечеловеческую усталость выдают, пожалуй, только глаза…

Моё личное поле боя

Денис Давыдов – врач-ортопед высшей квалификационной категории, «правая рука» главного врача. Он работает в клинике шесть лет – с лета 2014 года. О жизни  клиники в период пандемии и конкретно о своей работе рассказывает почти по-военному точно, чеканя слова. К примеру, как вернуть больницу в обычный режим и возможно ли это в ближайшее время, ведь сейчас везде говорят о возобновлении плановой госпитализации:

- У нас на этот случай есть министерство здравоохранения, которое четко регламентирует работу нашего медучреждения.  Распоряжением минздрава плановая госпитализация возобновлена, но в нём  строго прописаны определенные ограничения: во-первых, это дополнительные исследования, чтобы к нам не попали больные с вирусом, во-вторых, это необходимость содержать 50% коечного фонда свободным, резервным для обсервации, на случай заноса инфекции. Поэтому пока о возвращении к обычному режиму речь не идёт.

Хотя, говорить о каком-то послаблении в стенах этой клиники, наверное, будет лишним. Потому что для врачей «четвёрки» это будет означать только увеличение объёма работы, который и без того очень серьёзный. А следовательно, возрастает и риск возникновения нового очага инфекции. Поэтому ни о каком расслаблении здесь даже не помышляют.

Вся бесконечная череда суток, недель и месяцев, прошедших под знаком пандемии, слилась для хирургов ГКБ № 4 в  единый калейдоскоп, в котором день не отличался от ночи. Но на Дениса Михайловича легла, пожалуй, самая тяжелая нагрузка. Он и так часто приезжал на операции в ночное время, а тут случилась форс-мажорная ситуация. В другой оренбургской клинике произошла вспышка COVID-19, поэтому  там были вынуждены закрыть отделение нейрохирургии. А куда больных девать?! И тогда поток нейрохирургических пациентов по решению минздрава перевели на травматологию.  Людей-то спасать надо! А поступало их  порядка тридцати человек в сутки.

 Из всех докторов «травмы» только Давыдов имел сертификат по нейрохирургии. И  хирургу с прославленным именем и фамилией отважного гусара  пришлось принять весь огонь на себя. Пострадавшая клиника смогла дать  ему в помощь только одного врача, так как остальные специалисты  были «контактные».  С ним поочередно и оперировали. «Отступать  мне было некуда, да и не для того я клятву давал, поэтому следующие  две с половиной недели мой рабочий день продолжался 36 часов. Потом было 12 часов на сон, и начинались  очередные 36 часов – моё личное поле боя». Рассказывает врач об этом «форс-мажоре» весело, с улыбкой, только вот улыбка выходит измученная.

Спокойствие, только спокойствие

И Дмитрий Пупынин, и Денис Давыдов единодушно сошлись во мнении, что ближайшие два месяца им и их коллегам  придется работать всё в том же напряженном режиме. Еще сентябрь-октябрь, как минимум. Но некая стабильность чувствуется хотя бы в том, что отступили панические настроения, которые, естественно, возникли при первом заносе инфекции. К тому же, в «четвёрке» теперь уже много сотрудников с  антителами. Кстати, на областной станции переливания крови разработана и успешно применяется методика переливания  плазмы с антителами  больным  с той же группой крови в наших COVID-центрах. Теперь в оренбургской травматологической клинике  готовы встретиться с вирусом «лицом к лицу».

Оставить комментарий (0)

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах