804

О межнациональных отношениях, власти и оренбургской толерантности

О том, как Оренбуржью удаётся сохранить образ толерантного региона, кому выгодно разжигать межнациональные конфликты и кто в итоге будет за это отвечать, беседуем с Валерием СОЛОДКИМ, одним из ведущих политтехнологов и социологов Оренбургской области.

Толерантность в крови?

- Валерий Викторович, утверждается, что, несмотря на то, что Оренбуржье чуть ли не самый многонациональный регион страны, у нас меньше всего межнациональных конфликтов. Так ли это на самом деле?

-  Доля истины здесь есть. Волею обстоятельств и исторических традиций мирное сосуществование у нас имеет достаточно длинную историю. Сказываются традиции и опыт и торговых связей, и взаимопомощи в голодные и военные годы, и былая ментальность «новой общности единый советский народ».  В ситуациях, когда нет специального политического влияния, особых социально-экономических кризисов или политтехнологических воздействий, у нас действительно достаточно толерантные взаимоотношения между национальностями. Если опрашивается население, то обычно публично люди отвечают, что выступают за мирное соседство с другими национальностями в быту. Но как раз в быту мы и можем наблюдать другое. В малокультурных средах во время любого социального или межличностного по своей природе конфликта в поисках последнего аргумента «мерзость быдла» иногда переводит всё на межнациональную конфликтную риторику, припоминая национальные корни оппонента не в лучшем контексте. В этом смысле нельзя сказать, что у нас регион исключительно высокой культуры и здесь нет питательной среды для бытового национализма. Хотя всё несколько нейтрализуется за счёт того, что общий настрой мещанский, неполитичный, нереволюционистский: «все хотят», чтобы всё само собой рассасывалось, а главное, чтобы не было хуже. Поэтому бытовое бескультурье не переходит в крупные межнациональные столкновения.

Фото: АиФ / undefined

- Стоит ли опасаться, что в ближайшее время ситуация изменится?

- Мы отличаемся от тех же Москвы или Санкт-Петербурга, где уже сформированы и активно формируются зоны локального проживания мигрантов, а некоторые сферы деятельности заполняются представителями конкретных национальностей или конкретных стран. Границы этих зон - потенциальные «поля боёв» между представителями разных национальностей.

В Оренбурге такие тенденции тоже есть, но эти процессы пока еще не настолько развиты.

К тому же, упомянутые раньше традиции и инертность мещанского мышления преобладают над отдельными проявлениями радикальных настроений и действий. Поэтому таких явных изменений в межнациональных отношениях, как в Москве и в Питере, без дополнительных толчков извне трудно ожидать. Ситуация может резко меняться в зависимости от того, как эти конфликты будут протекать, иногда достаточно одной спички, чтобы разгорелся большой костер – преступление с тяжкими последствиями может развернуть целую череду взаимных претензий. С другой стороны, среди представителей разных национальностей и конфессий есть зачатки «неканонических», достаточно резких и даже близких к экстремистским взглядов на тех, с кем нам приходится жить на одной территории. Причём это относится как к мусульманству, так и к православию; как к «азиатам» и «кавказцам», так и к коренному населению региона. Есть отдельные группы или представители, которые готовы занимать резкую позицию. А их много и не нужно, достаточно 3-5% для того, чтобы сложилось массовое движение, а для того, чтобы эти 3-5% наросли, достаточно от полупроцента до процента таких активистов, которые будут себя выставлять напоказ.

Пока на территории Оренбуржья нет оснований особо тревожиться.

Даже наоборот: если эту тему массово обсуждать, ставить в центр повестки дня, выражать какие-то опасения и давать оценки сторонам, то это может спровоцировать искусственное обострение конфликта.

Способ отвлечь

- Что вы думаете о конфликте с армянской диаспорой в Бузулуке в прошлом году, когда громили кафе?

- Я бы не стал многие из конфликтов, которые пока имели место не только в Оренбургской области, но и на территории страны, связанные с участием в конфликтах представителей различных национальностей и таким образом отнесенных к межнациональным, считать собственно межнациональными по своей природе. Конечно, присутствует некий внутренний латентный момент бытового национализма. Но я считаю, что пока природа всех этих конфликтов носит не собственно межнациональный характер, а он привносится в эти отношения извне. Я говорю о деятельности различных социальных и экономических групп в конкурентной борьбе на рынке или в борьбе за влияние в  зонах проживания – все хотят занять место под солнцем. Зачастую это конкуренция скорее экономических или хозяйствующих субъектов, полукриминальных или криминальных групп, которые заодно иногда имеют или приобретают по ходу и какую-то национальную окраску. Интересы и выгоды вообще нельзя забывать при анализе причин конфликтов. Недаром в результате как бы межнациональных конфликтов рынки, контролируемые одними, освобождаются для других; а «прозевавшие» конфликт и его разгорание правоохранители и другие представители власти вместо вечного разжалования сразу или через паузу «вдруг» идут на резкое повышение. Нельзя забывать и о том, что определённая «непрозрачность» в сфере миграционной политики выгодна как конкретным «бизнесменам» (по сути – преступникам, связанным с рабовладением и похищением людей из социального оборота) из различных сфер, так и коррумпированным чиновникам, участвующим в контроле миграционной сферы. Причина здесь – не миграция и многонациональность как таковые, а то, как всё это регулируется или не регулируется в конкретных корыстных и совсем не государственных интересах. И конфликты здесь – в основном конфликты этих же интересов, а не национальностей. Это если говорить о ликвидации и предотвращении постоянной базы для регулярных конфликтов как бы межнационального характера, а не о конфликтах частной, случайной, индивидуальной криминальной  природы с участием лиц самых разных национальностей.

- Есть мнение, что последние случаи межнациональных конфликтов связаны с политической обстановкой в стране…

- В любом обществе, как только в противостояния привносят национальный аргумент, он тут же подхватывается, чтобы привлечь внимание власти и получить ее в союзники или во всяком случае не получить ее в противники. Все ждут реакции от власти именно на эту тему. Межнациональные конфликты хорошо отвлекают от внутренних кризисов и недоработок, которые могла бы иметь власть. Иногда мы можем предполагать, что и сама власть может участвовать в этих играх или использовать их для своего влияния. Это было бы вполне удачным маневром, который позволил бы не только отвести население от политической повестки дня, но и сплотить его вокруг власти. Власть выступает как арбитр в этом конфликте, призывая объединиться. Кроме того, иногда эта роль усиливает её авторитет и демонстрирует силовые возможности, показывая, кто в доме хозяин. У нас действия по разжигаю межнациональных конфликтов от имени власти не считаются принятыми, хотя некоторые события наводят на размышления. Например, последние высказывания Жириновского интересны не сами по себе, как высказывания, которые некоторые считают нацистскими, а тем, что ему это всё сходит с рук. По крайней мере, реакция выглядит очень смягченной, причем смягченной по определенному руководящему сигналу. Такая реакция может для многих выглядеть как сигнал, что некие верховные власти или какие-то круги в ней если не поддерживают позицию Жириновского, то во всяком случае показывают, что нечто подобное вполне приемлемо для их курса. А может их не устраивают позиции каких-то национальных сообществ как внутри России, так и за рубежом, и это намёк на то, что лидеры этих сообществ должны принять это во внимание, должны занять более лояльную позицию по отношению к верховному руководству страны или по отношению к какой-то группе в этом руководстве. Может быть, именно такой реакцией на высказывания в адрес Кавказа, когда всё спускается на тормозах, власть и показывает, что не только в предвыборный период, но и при реализации других политических и общественных программ, в период подготовки к Олимпиаде, во время социально-экономического кризиса, в период мобилизации населения страны на решение крупных стратегических задач лидеры кавказских республик должны сильнее мобилизовать своё население или свои подконтрольные группы на выполнение общероссийских задач или на непрепятствование им. А может быть просто показывается, кто в доме хозяин, и что этот хозяин может занять любую позицию, поэтому надо быть внимательнее, чутче к курсу верховного руководства. Это лишь один из примеров того, как «межнациональные конфликты» или реакция на них могли бы использоваться властью или её отдельными представителями в своих интересах.

Наконец, произвол, творимый как национальными криминальными бизнес-группировками, так и нацистами всех мастей, позволяет отвлекать от другого произвола, насилия и бесправия. Отдельным же нечистым на руку чиновникам эти конфликты могут позволять скрывать следы их былого преступного бездействия и коррупционных действий рука об руку с непрозрачным бизнесом или получать «свою долю» от конфликтного передела рынка. 

Фото: АиФ Оренбург / undefined

В ответе за «верхи»

- Тогда межнациональный вопрос - это политтехнологический инструмент для достижения определённых результатов?

- Даже если это так, не могу сказать, что эти результаты в целом легко контролировать. Очень часто после этого возникают крупные волны и цепи таких деструктивных последствий, которые потом не подлежат никакому контролю. Причём даже та сторона, которая хотела погреть на этом руки, часто проигрывает. Даже на территории области в процессе выборов некоторые кандидаты пытались разыгрывать межнациональную карту. Это вызывало у нас, как у политтехнологов, определённую тревогу: а вдруг разумность населения не столь высока и из-за этого может произойти что-то как в ущерб самим кандидатам, так и в ущерб общей ситуации? Тогда власти и правоохранительным органам удалось занять жесткую позицию, да и население все еще имеет внутри себя охранительную установку мещанского опасения, как бы чего не случилось. Именно поэтому межнациональный вопрос пока ещё не самая выигрышная карта в политической борьбе на территории Оренбуржья.

- Насколько оправдано, с вашей точки зрения, решение президента сделать ответственными за межнациональные конфликты глав регионов и даже муниципальную власть?

- Такой подход не исключение из общих характеристик федеральной политики - ресурсы у федерального центра, а ответственность, как всегда, внизу. Это демонстрация того, что у нас есть пресловутая вертикаль власти и ещё одна ниточка для подвязывания губернаторов и муниципалов в неё. Но это не решение вопроса, кроме как в одном – в сигнале  - вы там, ребята, не спите! Но если в губернаторах достаточно квалифицированные люди, то они и так не должны спать, а если там расставлены идиоты, то это снова вопрос к федеральной власти. Тогда она так и должна с ними обращаться - подавать команды, когда спать, а когда нет.

Политика по межнациональным отношениям, которая могла бы вырабатываться и озвучиваться на всю страну, и механизмы её реализации до конца не выработаны федеральным руководством, а отвечать за это придётся регионалам. Чётких сигналов нет даже для региональных элит, губернаторы и муниципалы часто действуют на свой страх и риск и попадают впросак. А причина – либо в закрытости (возможно, вынужденной) федерального центра, либо в отсутствии у него чёткой политики и ясной стратегии по межнациональным вопросам и вопросам миграции. Непонятно, что хотят строить  - империю нового типа с расширенной метрополией «большой Москвы» и колониями  из внутренних и внешних территорий или демократическое по линиям внутреннего федерализма и международных союзов государство? На чём основывается единство и регулируемость – на силе государственного центризма с протекционистско-льготным регулированием или на деморатически-либральном, но – тем самым – жёстком и равноправном правовом регулировании – в том числе обязывющем и мигрантов на западный манер? Или – на основе культурной миссии и инструментов и поддержания конкурентности в глобализациионных процессах – используем «евразийство» как основу для нового блокирования и взаимной ассимиляции, для равномерности раскладывания яиц во все национальные корзины в целях общего и собственного самосохранения – пусть даже не национальной, а на государственной только основе? С доминированием русских за счёт каких экономических и политических ресурсов или дай бог хотя бы с выживанием русского в пресловутой мультикультурности на недоминирующей основе? Это всё - только часть телеграфно и в куче вываленных здесь вопросов, которые должны были давно получить ответы в рамках государственной политики, и обспечивать позицию государства по реализации стратегии, в том числе на региональных уровнях. Отсутствие этого не только усугубляет ситуацию с межнациональными конфликтами, но и создаёт для них основу и провоцирует их. И уж никак не является позицией, выгодной стране и государству, - в отличие от отдельных государственных «деятелей», готовых с маниакальным безумием продолжать ловить рыбку в воде, взбаламученной килем севшего на мель и тонущего по их вине корабля.  Неясность с тем, есть ли у власти стратегия и критерии в национальной и миграционной политике, противоречивость исходящих от власти сигналов иногда воспринимаются не только как беспомощность и отстранённость власти, неспособность её решать национальные вопросы. Население не может дождаться защиты от власти, определённости, порядка, справедливости, защиты своих прав. И это всё больше напрягает людей, соединяясь с другими причинами социальной и политической напряжённости..

ДОСЬЕ

Валерий Солодкий - независимый социолог и политтехнолог. Родился в Оренбурге в 1962 году. Получил высшее математическое образование в МГУ им.М.В.Ломоносова (Москва), позже там же учился в аспирантуре по социальной философии. С 1989 года регулярно занимается социологическими исследованиями и социальными проектами в Оренбургской области. С 1993 года в качестве социолога, аналитика и политтехнолога принимал участие во многих федеральных, региональных и муниципальных предвыборных кампаниях на территории Оренбуржья – в составе структур и организаций и по индивидуальным заказам. С 2010 года – свободный агент и независимый эксперт в указанных сферах деятельности. Основной предмет научного интереса – методология социального проектирования.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах