aif.ru counter
1778

Коллекторские агентства: проблемы правового регулирования

Простая теория

В рамках деятельности, направленной на взыскание задолженности, коллекторские агентства и банки прямо или косвенно руководствуются положениями таких нормативных актов как: ГК РФ; Федеральный закон от 27 июля 2006 № 152-ФЗ "О персональных данных" (далее – закон о персональных данных); Федеральный закон от 2 декабря 1990 г. № 395-I "О банках и банковской деятельности" (далее – закон о банковской деятельности); Закон РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-I "О защите прав потребителей" (далее – закон о защите прав потребителей), Федеральный от 30 декабря 2004 № 218-ФЗ "О кредитных историях"; Федеральный закон от 27 июля 2006 № 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации", Федеральный закон от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее – закон об исполнительном производстве). Ответственность данные компании и их должностные лица несут в соответствии с КоАП РФ и УК РФ.

Сама по себе деятельность коллекторов не лицензируется, данные компании не аккредитуются, а их услуги не стандартизируются. Инструменты разрешения споров и конфликтных ситуаций для коллекторов такие же, как и для других граждан и организаций: суды, правоохранительные органы, претензионная работа и переговоры.

На сегодняшний день коллекторские агентства для осуществления своей профессиональную деятельность по взысканию задолженности применяют две основные формы сотрудничества с банками:

1. Агентский договор (ст. 779 ГК РФ). В данном случае коллектор по поручению банка за вознаграждение совершает действия, направленные на взыскание задолженности. Коллектор в рамках указанной правовой конструкции может выступать как от своего имени, так и от имени банка, в зависимости от условий агентского договора. Правоотношения между должником и банком в такой ситуации сохраняются в неизменном виде. Наличие агентского договора между банком и коллектором не лишает должника права взаимодействовать напрямую с банком по всем вопросам, связанным исполнением кредитного договора. При этом для совершения действий от имени банка агенту требуется доверенность.

2. Уступка права требования (цессия) (гл. 24 ГК РФ). В данном случае банк фактически продает право взыскания задолженности по кредитному договору коллекторскому агентству, а сам устраняется из указанных правоотношений. При этом банк передает коллектору все документы, удостоверяющие данное право, и сообщает сведения, имеющие значение для его осуществления (ст. 385 ГК РФ). Тем не менее, стоит отметить, что при такой правовой конструкции коллекторскому агентству переходит только право требования по кредитному договору. Остальные права и обязанности банка, сохраняются, а сам договор продолжает действовать.

Как отмечает Генеральный директор ОАО "Первое коллекторское бюро" Павел Михмель, при передаче в работу коллекторам просроченной задолженности по агентской схеме размер вознаграждения определяется в зависимости от сроков просрочки, ее объема и количества передаваемых счетов.

«Если брать некую среднюю величину, т. е. по тем портфелям, которые наиболее часто передаются коллекторам, то вознаграждение составляет порядка 15-30%», – пояснил он.

Цена же уступки прав требования по договору цессии, по его словам, определяется более сложно. Здесь в расчет идут множество характеристик переуступаемого портфеля задолженности, и стоимость устанавливается на момент получения данных.

«Если также брать некое среднее значение, то цена уступки прав требования в основном колеблется от 2 до 6%», – отметил Павел Михмель.

Нелегкая практика

Когда в работу по взысканию проблемной задолженности по кредитным договорам в той или иной форме включаются коллекторские агентства у потребителей и, как следствие, контролирующих органов и судов возникает ряд вопросов:

1. Имеют ли право банки и другие кредитные организации, осуществляющие лицензируемую в соответствии с законом деятельность, передавать право требования по кредитному договору организации, которая такой лицензии не имеет?

2. Может ли банк или иная кредитная организация передавать коллекторам информацию, составляющую банковскую тайну, а также персональные данные должника?

3. Наконец, требуется ли на совершение указанных выше действий согласие должника или же банк (иная кредитная организация) может совершить их по своему усмотрению?

Именно на этом этапе и возникают основные противоречия, причина которых – отсутствие комплексного правового регулирования деятельности коллекторских агентств и, как следствие, консолидированной позиции государственных органов по данному вопросу.

Роспотребнадзор и Генпрокуратура РФ

Отношение уполномоченных контрольно-надзорных государственных органов к коллекторам преимущественно жесткое, особенно в случаях, когда банки уступают им права требования по кредитным договорам. Наиболее радикальная точка зрения на деятельность коллекторов у Роспотребнадзора, и с ней нельзя не считаться, поскольку ведомство является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в области защиты прав потребителей – в том числе, клиентов кредитных организаций.

Свою позицию относительно рынка коллекторских услуг ведомство заявляло неоднократно (см. Письмо Роспотребнадзора от 23 августа 2011 г. № 01/10790-1-32; Письмо Роспотребнадзора от 2 ноября 2011 г. № 01/13941-1-32; Письмо Роспотребнадзора от 23 июля 2012 г. № 01/8179-12-32; Доклад Роспотребнадзора о состоянии защиты прав потребителей в финансовой сфере, 2013 г.). В целом она сводится к следующему:

1. Коллекторы не являются субъектами банковской деятельности (не имеют соответствующей лицензии) и не могут заменить банк в качестве нового кредитора, равнозначного по объему прав и обязанностей (ст. 384 ГК РФ).

2. Личность кредитора (то есть правовой статус коммерческой организации в качестве именно банка) в рамках обязательства по кредитному договору, по мнению ведомства, имеет существенное значение для должника. Поэтому уступка может производиться только с его согласия (ст. 388 ГК РФ).

3. Необходимо в каждом случае достоверно устанавливать факт действительного наличия добровольного волеизъявления заемщика на включение в кредитный договор условия о возможности уступки требования третьему лицу, не равноценному банку (иной кредитной организации) по объему прав.

4. Банк при уступке коллекторскому агентству права требования по кредитному договору нарушает банковскую тайну, которую он обязан гарантировать в силу требований  ст. 26 закона о банковской деятельности. Любая "договоренность", приводящая к нарушению данной нормы закона – ничтожна.

5. Коллекторская деятельность нуждается в лицензировании, ведении государственного реестра коллекторских агентств, стандартизации и в более полном законодательном регулировании;

6. Также ведомство активно выступает против передачи коллекторам персональных данных должника без наличия отдельного согласия, а не только пункта в кредитном договоре, предусматривающего такую возможность.

Сходного мнения придерживается и Генеральная прокуратура РФ. В частности, надзорное ведомство отмечает, что продажа банками кредитных портфелей коллекторским агентствам противоречит взаимосвязанным положениям ГК РФ и закона о банковской деятельности, которые прямо запрещают банковским организациям передачу сведений, касающихся непосредственно самого заемщика, лицам не указанным в законе.

Верховный Суд РФ

Похожую позицию занимает Верховный Суд РФ (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. № 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей"):

1. Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право кредитных организаций передавать право требования по кредитному договору с потребителем лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности.

2. Исключением является ситуация, когда данное условие предусмотрено законом или договором, при заключении которого оно было согласовано сторонами.

Развивая эту позицию, суды общей юрисдикции отмечают, что стороной по кредитному договору может быть только банк или иная кредитная организация (п. 1 ст. 819 ГК РФ). Согласно ст. 1 закона о банковской деятельности, кредитной организацией является юридическое лицо, осуществляющее банковские операции на основании специального разрешения (лицензии). Вступление гражданина в заемные отношения именно с организацией, имеющей такую лицензию, означает, что личность кредитора имеет для должника существенное значение. Следовательно, на основании п. 2 ст. 388 ГК РФ, уступка банком своих прав требования третьему лицу, которое не равноценно ему по объему прав и обязанностей в рамках лицензируемого вида деятельности, допускается только с согласия должника. Подобный подход, например, содержится в Определении Санкт-Петербургского городского суда от 27 августа 2013 г. № 33-12180/13; Апелляционном определении Московского городского суда от 2 ноября 2012  г. по делу № 11-24416.

При этом некоторые суды дополнительно подчеркивают, что если в кредитном договоре есть пункт о возможности уступки прав требования другому лицу, то из него должно явно вытекать о каком именно лице идет речь – обладающем лицензией на право осуществления банковской деятельности или нет (Определение Санкт-Петербургского городского суда от 29 мая 2013 г. № 33-8151). Нарушение данного требования, в частности служит основанием для признания договора уступки права требования по кредитному договору ничтожным на основании п. 1 ст. 16 закона о защите прав потребителей и ст. 168 ГК РФ (Апелляционное определение Красноярского краевого суда от 26 сентября 2012 г. по делу № 33-6877).

Также суды общей юрисдикции активно соглашаются с доводами о нарушении банками банковской тайны при уступке права требования по кредитному договору организации, не имеющей лицензии на осуществление банковской деятельности. Суды исходят из того, что банк, обязан гарантировать тайну об операциях, о счетах и вкладах своих клиентов и корреспондентов (ст. 26 закона о банковской деятельности). Также банк должен гарантировать тайну банковского счета и банковского вклада, операций по счету и сведений о клиенте. Сведения, составляющие банковскую тайну, могут быть предоставлены только самим клиентам или их представителям, а также представлены в бюро кредитных историй на основаниях и в порядке, которые предусмотрены законом (п.п. 1 и 2 ст. 857 ГК РФ).

Нарушение банковской тайны, неизбежно сопутствующее исполнению договора уступки права требования по кредитному договору, свидетельствует о недействительности такого договора в силу ничтожности, как противоречащего закону на основании ст. ст. 168, 388 ГК РФ. Такая позиция изложена в Апелляционном определении Омского областного суда от 24 июля 2013 г. по делу № 33-4848/2013, Апелляционном определении Московского городского суда от 28 февраля 2013 г. по делу № 11-6511/13; Апелляционном определении Верховного суда Республики Бурятия от 1 апреля 2013 г. по делу № 33-956; Апелляционном определении Верховного суда Республики Бурятия от 05 июня 2013 г. по делу № 33-1685; Апелляционном определении Рязанского областного суда от 14 августа 2013 г. № 33-1744.

Связанная с уступкой перемена лица в обязательстве помимо прочего не позволяет должнику реализовать свое право на выдвижение против требования нового кредитора, не являющимся исполнителем банковской услуги, возражений, которые он имел или мог иметь против первоначального кредитора – банка (Апелляционное определение Вологодского областного суда от 8 июня 2012 г. № 33-2265/2012). Ряд судов, развивая указанную норму с позиции прав потребителей, говорит о том, что по смыслу норм ГК РФ и закона о защите прав потребителей соблюдение банковской тайны является одним из критериев качества соответствующей финансовой услуги, оказываемой банком потребителю. В связи с этим, уступка права требования в потребительских отношениях если и возможна, то только в ситуации, когда новый кредитор является банком, обязанным, как и первоначальный кредитор, качественно обслуживать клиента-потребителя, в том числе с соблюдением банковской тайны (Апелляционное определение Забайкальского краевого суда от 2 июля 2013 г. по делу № 33-2370-2013).

Тем не менее, в практике судов общей юрисдикции встречается и противоположная позиция. Так, в Апелляционном определении Ростовского областного суда от 30 июля 2013 г. по делу № 33-9559/2013 указывается, что предметом уступки является право требования взыскания задолженности, а не банковская тайна, как таковая. Обязанность нового кредитора обеспечивать конфиденциальность сведений, составляющих банковскую тайну, в данном случае следует не из заключенных соглашений об уступке, а из императивных требований ст. 857 ГК РФ и ст. 26 закона о банковской деятельности. Эта обязанность является публично-правовой, находящейся за пределами заключенного соглашения об уступке, в связи с чем заключение договоров уступки прав (требований) не могли быть нарушены права и охраняемые законом интересы заемщика. Если же в результате уступки произошло разглашение информации, относящейся к банковской тайне, заемщик вправе защищать свои права в установленном законом порядке (ст. 857 ГК РФ, ст. 26 закона о банковской деятельности).

По мнению суда, действующее законодательство не устанавливает каких-либо ограничений при заключении договора уступки прав требования, вытекающих из кредитного договора, несоблюдение требований законодательства о банковской тайне не влияет на решение вопроса о действительности сделки по уступке прав по кредитному договору. При этом не найдя доказательств тому, что для должника при исполнении условий кредитного договора о возврате долга и выплате процентов имеет существенное значение личность кредитора, суд счел, что оснований для признания ничтожным договора уступки прав (требований) не имеется. Сходная позиция также отражена, например, в Определении Пермского краевого суда от 29 апреля 2013 г. по делу № 33-4023-2013, Определение Пермского краевого суда от 1 апреля 2013 г. по делу № 33-3058, Апелляционное определение Верховного суда Чувашской Республики от 17 июня 2013 г. по делу № 33-2047/2013).

Таким образом, как правило, суды общей юрисдикции по указанным выше основаниям отказывают коллекторам во взыскании с граждан задолженности по кредитным договорам, не дававших согласие на уступку права требования организации, не имеющей лицензии на осуществление банковской деятельности. Также, когда перед ними ставится соответствующий вопрос, они признают соответствующие договоры ничтожными в связи с нарушением банковской тайны.

Высший Арбитражный Суд РФ

Наиболее либерально к институту коллекторства относится Высший Арбитражный Суд РФ: (Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 30 октября 2007 г. № 120; Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 13 сентября 2011 г. № 146). Его позиция заключается в следующем:

1. Действующее законодательство не содержит норм, запрещающих банку уступить права по кредитному договору организации, не являющейся кредитной и не имеющей лицензии на занятие банковской деятельностью.

2. Уступка права требования по кредитному договору не относится к числу банковских операций, указанных ст. 5 закона о банковской деятельности. Из названной нормы следует обязательность наличия лицензии только для осуществления деятельности по выдаче кредитов за счет привлеченных средств. С выдачей кредита лицензируемая деятельность банка считается реализованной. Ни закон, ни ст. 819 ГК РФ не содержат предписания о возможности реализации прав кредитора по кредитному договору только кредитной организацией.

3. Требование возврата кредита, выданного физическому лицу по кредитному договору, не относится к числу требований, неразрывно связанных с личностью кредитора.

4. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (ст. 382 ГК РФ). При этом в законодательстве отсутствует норма, которая бы устанавливала необходимость получения согласия гражданина на уступку кредитной организации требований, вытекающих из кредитного договора.

5. Уступка требований, вытекающих из кредитного договора, не нарушает нормативных положений о банковской тайне, так как коллекторское агентство, его должностные лица на основании ст. 26 закона о банковской деятельности несут установленную законом ответственность за ее разглашение (в том числе и в виде обязанности возместить заемщику причиненный разглашением банковской тайны ущерб).

6. При уступке требования по возврату кредита (в том числе и тогда, когда цессионарий не обладает статусом кредитной организации) условия кредитного договора, заключенного с гражданином, не изменяются, его положение при этом не ухудшается (ст. ст. 384 и 386 ГК РФ), гарантии, предоставленные гражданину-заемщику законодательством о защите прав потребителей, сохраняются.

Специфика рассмотрения подобных дел арбитражными судами, как правило, связана с оспариванием банками постановлений Роспотребнадзора о привлечении их к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ (включение в договор условий, ущемляющих права потребителя). При этом Роспотребнадзор привлекает банки к административной ответственности, исходя из своей правовой позиции, позиции ВС РФ и судов общей юрисдикции, описанной выше. Арбитражные суды руководствуются совершенно противоположными им по своей сути разъяснениями ВАС РФ.

В итоге, в подавляющем большинстве случаев, решения выносятся в пользу банков, а значит и коллекторов (Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 04 июня 2013 г. по делу № А33-20408/2012, Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 15 мая 2013 г. по делу № А19-739/2013, Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2013 № 15АП-11120/2013 г. по делу № А53-6905/2013, Постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 27 декабря 2012 г.по делу № А68-6484/12, Постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 27 июня 2012 № 06АП-2276/2012 по делу № А04-1523/2012).

Также арбитражные суды, рассматривая заявления об обжаловании постановлений Роспотребнадзора о привлечении банков к административной ответственности по ч. 1 ст. 14.8 КоАП РФ (непредоставление потребителю информации об услугах), в ряде случаев, отмечают, что банк не обязан даже уведомлять должника о планируемом или фактическом заключении договора уступки права требования по кредиту (Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 3 сентября 2013 № 17АП-8820/2013-АКу по делу № А60-16262/2013)

Несмотря на это, арбитражные суды активно встают на сторону Роспотребнадзора (а также Роскомнадзора) в вопросах, связанных с указанием в кредитных договорах условий о согласии заемщика на передачу банком его персональных данных третьим лицам для целей взыскания просроченной задолженности (применяется та же ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ). Как отмечают суды, согласно закону о персональных данных гражданин должен иметь возможность принять самостоятельное решение, дать согласие на передачу персональных персональные данных третьим лицам или отказать. При этом такое согласие должно включать в себя необходимые реквизиты, в частности, кому именно могут быть переданы сведения о персональных данных, какая именно информация о заемщике станет известна третьим лицам, срок действия такого согласия, порядок его отзыва и др. (Постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 17 октября 2012 г. № 06АП-4042/12).

Суды отмечают, что банки, как правило, используют типовые договоры присоединения, которые не содержат подобной информации, а специальное заявление о согласии на обработку и передачу персональных данных третьим лицам потребителем не заполняется. В связи с этим, по мнению судов, названное условие договора фактически является обязательным и не представляет право выбора. В случае его исключения, договор заключен с гражданином не будет, что нарушает права потребителя и противоречит Постановлению Конституционного Суда РФ от 23 февраля 1999 г. № 4-П, в котором указано, что гражданин является экономически слабой стороной и нуждается в особой защите своих прав, что влечет необходимость ограничить свободу договора для другой стороны, т. е. для банков (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30 августа 2013 г. № 09АП-25306/2013, Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 августа 2013 г. № 09АП-24400/2013).

Помимо этого, некоторые арбитражные суды частично солидарны с судами общей юрисдикции и отмечают, что для уступки права требования коллекторам в условиях кредитного договора необходимо указывать, что речь идет именно об организации, не имеющей лицензии на осуществление банковской деятельности. В противном случае, это является нарушением права потребителя на получение необходимой и достоверной информации о реализуемом товаре (работе, услуге) (Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 2 августа 2012 г. по делу № А19-5360/2012).

Таким образом, как правило, арбитражные суды по указанным выше основаниям признают законной уступку права требования по кредитным договорам коллекторским агентствам. При этом условия кредитных договоров о согласии заемщика на передачу его персональных данных третьим лицам, как правило, признаются нарушающими права потребителей.

ФССП России

Особого мнения по поводу коллекторских агентств придерживается ФССП России. Ведомство, не вдаваясь нюансы уступки прав требования или агентирования, подчеркивает, что никто кроме уполномоченного государственного органа не вправе применять какие-либо процедуры взыскания, связанные с принуждением, с ограничением прав и свобод должников, граждан или юридических лиц.

Одновременно ФССП России выступает за развитие коллекторских агентств, как механизмов, которые способны минимизировать или полностью исключить участие государства в правоотношениях, связанных с решением долговых проблем. Ведомство считает, что обращение в суд и к приставам-исполнителям должно происходить в крайнем случае – когда имеется необходимость в мерах принуждения.

"Понятно, что есть суд, есть Федеральная служба судебных приставов, есть принудительное исполнение, как завершающая стадия судебного процесса. Но мы должны создавать такие условия, чтобы потребность в этих механизмах была минимальной. Это тоже фактор развития гражданского общества, когда участие государства минимизируется, в том числе в гражданско-правовых проблемах", – отмечает директор ФССП России Артур Парфенчиков.

При этом ведомство также выступает за то, чтобы предъявление коллекторскими агентствами исполнительных документов в ФССП России сопровождалось уплатой государственной пошлины. Это должно сыграть роль фильтра, который будет ограничивать возможность использования ресурсов данного государственного органа в предпринимательской деятельности. В связи с этим ведомство выступает за принятие закона о коллекторской деятельности, который должен четко определить права и обязанности таких организаций, исключая полномочия, связанные с любыми формами принуждения.

Защита прав должника

При первом контакте с представителем коллекторского агентства стоить уточнить ФИО сотрудника и его должность, название организации и контактные данные. После этого позвонить непосредственно в коллекторское агентство и проверить предоставленную вам информацию. Также, стоит связаться с банком и попросить подтвердить факт наличия задолженности и ее передачи на взыскание коллекторскому агентству. При этом следует узнать, имела ли место уступка права требования по кредитному договору, либо с коллектором заключен агентский договор.

В случае уступки, стоит помнить, что должник вправе не исполнять обязательство новому кредитору до представления ему доказательств перехода требования к этому лицу (договора уступки) (ст. 385 ГК РФ). При этом уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме (ст. 389 ГК РФ). Необходимо иметь в виду, что согласно ст. 382 ГК РФ, если должник не был письменно уведомлен о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим для него неблагоприятных последствий. Например, если должник, не зная об уступке, заплатит долг банку, а не коллектору. В этом случае обязательство признается исполненным надлежащему кредитору.

Также стоит помнить, что суд может отказать в удовлетворении требований коллекторов о взыскании задолженности или признать уступки права требования по кредитному договору ничтожной. Основания: нарушение банковской тайны, отсутствие согласия должника на уступку права требования по кредитному договору или обработку персональных данных (см. позицию судов общей юрисдикции выше).

В случае если коллектор действует от имени банка на основании агентского договора, необходимо при совершении им любых юридически значимых действий требовать представления соответствующей доверенности (ст. 975, 1011 ГК РФ). Кроме того, особое значение в данном случае играет наличие согласия должника на передачу его персональных данных коллекторскому агентству, которое должно быть оформлено в соответствии с требованиями ч. 4 ст. 9 закона о персональных данных.

Если должник такого согласия не давал, то банку Роскомнадзором может быть выдано предписание о необходимости обеспечить прекращение неправомерной обработки персональных данных третьим лицом в срок, не превышающий трех рабочих дней с даты выявления данного нарушения на основании ч. 3 ст. 21 закона о персональных данных (см. также практику арбитражных судов выше).

Законодательство не предусматривает обязанности должника вести переговоры с коллекторскими агентствами, независимо от их статуса. В связи с этим, должник имеет право отказаться от общения с коллекторским агентством и решать все вопросы в судебном порядке.

Тем не менее, при принятии соответствующего решения стоит иметь в виду, что коллекторские агентства, как правило, заинтересованы во взыскании задолженности, в досудебном порядке. Потенциально в ходе переговоров они могут предложить должнику более благоприятные условия (реструктуризация задолженности, уступки по срокам и суммам возврата просрочки) в сравнении с перспективой судебного разбирательства и последующим взысканием задолженности силами ФССП России.

Кроме того, необходимо помнить, что сотрудники коллекторских агентств (равно как и банков) не имеют права проникать в жилище должника, требовать выплаты кредита, изымать или арестовывать имущество. Применение к должнику мер принудительного исполнения, а также запрета на выезд за пределы России возможно только должностными лицами ФССП России при наличии судебного акта о взыскании задолженности и соответствующего исполнительного документа (гл. 7 закона об исполнительном производстве").

Наконец, действенными методами защиты своих прав могут стать обращения в уполномоченные контрольные, надзорные и правоохранительные органы:

Например, Роспотребнадзор может оказать должнику консультационную помощь, обратиться в суд с иском о защите прав потребителя, выступить в процессе в качестве третьего лица, провести внеплановую проверку и выдать банку предписание об устранении нарушений (ст. 40 закона о защите прав потребителей). Помимо этого ведомство имеет полномочия привлекать банки к административной за включение в кредитный договор условий, ущемляющих права потребителей (ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ), непредоставление информации потребителю (ч. 1 ст. 14.8 КоАП РФ). При необходимости Роспотребнадзор также передает в уполномоченные органы материалы, связанные с нарушениями обязательных требований, для решения вопросов о возбуждении уголовных дел по признакам преступлений.

Генпрокуратура РФ, работая по жалобам на действия коллекторов и банков, в частности направляет представления об устранении нарушений, предостережения о недопустимости нарушения закона, привлекает к административной ответственности за нарушения законодательства о персональных данных (по ст. 13.11 КоАП РФ), нарушение прав потребителей по упомянутой ст. 14.8 КоАП РФ. Помимо этого, прокуроры уполномочены возбуждать уголовные дела (например, по ч. 2 ст. 183 УК – незаконное разглашение или использование сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну), а также предъявлять и поддерживать в судах иски в целях защиты прав граждан.

В свою очередь ФССП России, в том числе по жалобе гражданина, может привлечь коллекторское агентство к административной ответственности за незаконное использование в своем названии слов "судебный пристав", "пристав" и образованных на их основе словосочетаний (ст. 17.8.1 КоАП РФ). В ряде случаев имеет смысл и обращение в полицию. Например, если со стороны коллекторов происходит применение силы, угрозы жизни и здоровью, попытки проникновения в жилище, назойливые телефонные звонки (могут применяться ст. 163 УК РФ "Вымогательство", ст. 5.61 КоАП РФ "Оскорбление", ст. 20.1 КоАП РФ "Мелкое Хулиганство" и др.).

Как уже упоминалось выше, эффект может принести обращение в ассоциации и объединения коллекторов, а также общества защиты прав потребителей (они также обращаться в суды с заявлениями в защиту прав потребителей, подготовить заявления в контролирующие, надзорные или правоохранительные органы). Обращение в Банк России может быть эффективно в случае разглашения банковской тайны (в отношении банков, особенно злостно нарушающих законодательство, это может стать "последней каплей" для отзыва лицензии).

Материал подготовлен экспертами компании «Гарант».Компания «МастерСофт» - официальный партнёр компании «Гарант» в Оренбуржьеи. Компания «Гарант» и ее партнеры являются участниками Российской ассоциации правовой информации ГАРАНТ.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах