aif.ru counter
2669

90 лет назад была открыта гробница Тутанхамона

 Неисчерпаемая Долина царей

Те, кто знают имя Говарда Картера, обычно ассоциируют его с открытием гробницы фараона Небхеперуре Тутанхамона. Найденные тогда артефакты оказались ключами к археологической головоломке, а благодаря их стоимости и богатству а также работе средств массовой информации имя «Тутанхамон» сегодня знают все. Картер, открыв знаменитое захоронение Тутанхамона , занял достойное место среди великих археологов. Однако немногие знают о нем что-либо еще.
Говард Картер. Фото ru.wikipedia.org

 Говард Картер родился в 1874 году в провинциальном городе Суаффэм в Норфолке, Англия. Его отец, Сэмюэл Картер, будучи художником, учил сына основам рисования карандашом и красками. И хотя у Говарда развились навыки и способности выше среднего, он не имел ни малейшего желания продолжать семейное дело, рисуя портреты семей и питомцев местных норфолкских землевладельцев.

В октябре 1891 года,  Картер отплыл в Александрию, отправившись в первое путешествие за пределы Англии. Его первым проектом было кладбище правителей Среднего Египта в Бени-Хассане, относящееся ко второму тысячелетию до нашей эры; заданием Картера было перерисовать надписи со стен гробниц.

Когда Картеру было 25 лет, его тяжелая работа была вознаграждена, когда директор Египетской Службы Древностей, Гастон Масперо, предложил ему в 1899 году место главного инспектора памятников Верхнего Египта. В обязанности Картера входили контроль и наблюдение за археологическими работами в долине Нила.

Примерно в это же время в Египте появляется «медный король» Теодор Девис (1837—1915). Он увлекся египтологией и по совету некоторых видных ученых добился концессии на право монопольных раскопок в Долине царей. Все обнаруженные им предметы, согласно договору, должны были остаться в Египте

В 1912 г. Т. Девис издал последний из пяти томов отчета о финансированных им раскопках в Долине Царей. Он был посвящен описанию находок в гробнице Хоремхеба и в камере, принятой им за гробницу Тутанхамона. В предисловии к этой книге Девис писал: «Я опасаюсь, что Долина царей теперь исчерпана». С ним согласился и Гастон Масперо, который продолжал возглавлять Службу древностей Египта. Иного мнения был Картер.

Гробница с нетронутыми печатями

Лорд Карнарвон. Фото ru.wikipedia.org

 В 1908 году Картер был представлен Гастоном Масперо пятому лорду Карнарвону. Их сотрудничество становится  удачным,  Карнарвон практически слепо принял веру Картера в то, что Тутанхамон еще покоится в своей гробнице. Картер стал контролером раскопок, спонсируемых Карнарвоном в Фивах.  К 1914 году он уже нашел множество различных доказательств его существования, систематически исследуя всю Долину Царей, пытаясь отыскать захоронение, но сезон за сезоном находил всего лишь небольшое количество древних предметов. Так же безуспешно завершились раскопки зимы 1921/22 г. Летом 1922 г. лорд Карнарвон пригласил Картера в свое имение. Поблагодарив за самоотверженный труд, он сказал, что безрезультатность поисков и денежные затруднения, вызванные послевоенным кризисом, вынуждают его прекратить финансирование раскопок. Но археолог был твердо убежден, что работу ни в коем случае прекращать не следует до тех пор, пока хотя бы один участок Долины не останется неисследованным. Он изложил все доводы, побуждающие его верить, что гробница Тутанхамона все же будет найдена. Более того, Картер заявил, что если Карнарвон откажется от дальнейшей оплаты расходов, то он готов взять их на себя. Эти слова произвели впечатление; лорд призадумался. В конце концов они решили испытать счастье еще раз в раскопочную кампанию зимы 1922/23 г. Картер был уверен в результате, и работа началась 1 ноября 1922 года. 

Доктор Картер сильно волновался, когда из Луксора телеграфировал лорду Карнарвону в Лондон: «Потрясающее открытие. В Долине обнаружена гробница с нетронутыми печатями. До Вашего приезда все работы прекращены. В добрый час. Г. Картер».

Спустя две недели лорд Карнарвон уже был на месте раскопок и, даже не распаковав чемодан, немедленно отправился к гробнице. Все печати были в полном порядке, и это значило, что грабители до нее не добрались. Проходя коридорами, минуя камеру за камерой, Картер, Карнарвон и все, кто шел с ними, буквально на каждом шагу натыкались на сокровища. Но вот и последняя камера. В зияющую черноту первым шагнул Картер.

Ну, что вы там видите? — теряя выдержку, громко прошептал Карнарвон.

В ответ вспыхнуло легкое пламя свечи, и спустя еще несколько томительных мгновений глухо зазвучал голос Картера: «Вижу несметные, сказочные сокровища...»

Ослепленный их блеском, он не сразу приметил неброскую глиняную табличку с краткой иероглифической надписью: «Вилы смерти пронзят того, кто нарушит покой фараона». Нельзя сказать, что это грозное предупреждение позабавило ученого. Нет, сам Картер не был напуган — но что, если текст станет известен рабочим? Это могло бы загубить раскопки, не имевшие аналогов в мире. Нет, Картер пойти на это не мог, и по его негласному распоряжению дощечку не включили в инвентарный список находок. Теперь ее никому и не сыскать. Все, кажется, сумел предусмотреть великий ученый — все, кроме одного: в объемистом каталоге сокровищ фараона оказался амулет. Немного спустя на тыльной его стороне был обнаружен текст: «Я тот, кто зовом пустыни обращает в бегство осквернителей могил. Я тот, кто стоит на страже гробницы Тутанхамона». Это было второе предупреждение.

Непрошеные гости

Голова мумии Тутанхамона

 Их было семнадцать человек, следом за Картером и Карнарвоном шагнувших 13 февраля 1923 года в погребальную камеру Тутанхамона. «Похоже, никому не хотелось ломать печати: едва отворились двери, мы почувствовали себя там непрошеными гостями»,— писал впоследствии Картер.

Скорее всего, под этим «мы» Картер имел в виду Карнарвона: проведя всего несколько дней в Луксоре, лорд вдруг отправился в Каир. Стремительность отъезда походила на панику: мецената экспедиции заметно тяготило близкое соседство с гробницей. Бросив все, он уехал, не дождавшись даже составления перечня найденных там сокровищ.

В самом начале апреля в Луксор пришли из Каира дурные вести: Карнарвон прикован к постели тяжкой загадочной болезнью. Все попытки врачей хоть как-нибудь облегчить его состояние ни к чему не приводят.

За считанные минуты до кончины у Карнарвона начался бред; он то и дело поминал имя Тутанхамона — казалось, умирающий ведет понятный лишь ему и его собеседнику разговор. Нить его, естественно, ускользала, сидевшие рядом женщины так и не смогли вспомнить потом, о чем, собственно, шла речь. Но в последние мгновения жизни к лорду вернулось сознание, и, обращаясь к жене, он сказал: «Ну вот, все наконец завершилось. Я услышал зов, он влечет меня». Это была его последняя фраза.

Смертельная истерия

Спустя несколько месяцев один за другим скончались двое участников вскрытия могилы Тутанхамона. Произошло это внезапно, как гром среди ясного неба, и сразу дало обильную пищу многочисленным домыслам. Потом началась паника. Неделя шла за неделей, а со страниц прессы, не уставшей еще поминать лорда Карнарвона, не сходили имена еще двух жертв проклятия фараона — Артура К. Мейса и Джорджа Джей-Голда.

Археолога Мейса Картер попросил помочь ему вскрыть гробницу. И именно Мейс сдвинул последний камень, заслонявший вход в главную камеру. Вскоре после смерти лорда Карнарвона он стал жаловаться на необычайную усталость. Все чаще наступали тяжелейшие приступы слабости, апатии и тоски. А после — потеря сознания, которое к нему так и не вернулось. Скончался он в «Континентале» — том же каирском отеле, где провел свои последние дни лорд Карнарвон. И вновь медики оказались бессильны поставить диагноз смертельной болезни.

Американец Джордж Джей-Голд был старым приятелем лорда Карнарвона, мультимиллионером и большим любителем археологии, он внимательно следил за всеми перипетиями экспедиции, увенчавшейся открытием гробницы Тутанхамона. Получив известие о смерти друга, Джей-Голд немедленно отправился в Луксор.

Взяв в проводники самого Картера, он исследовал Долину Царей, до мельчайшей щербинки изучил последнее пристанище Тутанхамона. Все обнаруженные там находки одна за другой побывали в его руках. Все это нежданный гость исхитрился проделать в один день, а к ночи, уже в отеле, его свалил внезапный озноб; на следующий день Джей-Голд все чаще стал терять сознание и к вечеру скончался. И вновь медики бессильно разводили руками.

Смерть следовала за смертью. Английский промышленник Джоэл Вулф никогда не испытывал влечения к археологии, но тайна смерти лорда Карнарвона неудержимо повлекла его — человека не без авантюрных склонностей — в Долину Царей. Нанеся там визит Картеру, он буквально вырвал у него разрешение осмотреть склеп. Пробыл он там долго, пожалуй, для праздного любителя острых ощущений слишком долго. Вернулся домой... и скоропостижно скончался, не успев ни с кем поделиться своими впечатлениями о поездке. Симптомы были уже знакомые: жар, приступы озноба, беспамятство... и полная неизвестность.

Рентгенолог Арчибальд Джуглас Рид. Ему доверили разрезать бинты, стягивавшие мумию Тутанхамона, он же, разумеется, делал и рентгеноскопию. Вся проделанная им работа заслужила самые лестные оценки специалистов, но неведомый страж останков юного фараона придерживался явно иной точки зрения. Едва ступив на родную землю, Дуглас Рид не сумел подавить приступ накатившейся рвоты. Мгновенная слабость, головокружение... Смерть.

В последующие годы пресса подогревала слухи о «проклятии фараонов», якобы приведшего к гибели первооткрывателей гробницы, насчитывая до 22 «жертв проклятия», 13 из которых непосредственно присутствовали при вскрытии гробницы.

Однако факты свидетельствуют о том, что доказательства «проклятия» были подогнаны для достижения газетной сенсации: абсолютное большинство участников экспедиции Картера достигли преклонного возраста, а средняя продолжительность их жизни составляет 74,4 лет. Говард Картер, непосредственно руководивший всеми работами в гробнице, казалось бы, должен был пасть первой жертвой «проклятия фараона», однако он скончался последним — в 1939 году в возрасте 65 лет, в своей постели и в силу естественных причин.

Минуло тридцать пять лет со смерти Карнарвона, когда Джоффри Дин — врач госпиталя в Порт Элизабет (Южная Африка) — обнаружил, что симптомы болезни, от которой скончался лорд, а следом за ним те, кто ухаживал за больным, весьма напоминают «пещерную болезнь», известную медикам. Ее разносят микроскопические грибки, обитающие в организме животных, чаще всего летучих мышей, в органических отбросах и пыли. А уж чего-чего, а этого добра было предостаточно в фараоновых склепах. Те, кто первым срывал печать, и те, кто шел следом, вдыхали грибки. Болезнь эта заразная: вот почему ухаживавшую за лордом женщину ждала та же участь...

у исследователей всегда оставалась в запасе еще одна версия: эта и другие болезни, до времени затаившиеся в грибках, могли быть просто-напросто изготовлены и законсервированы древними египтянами; ведь и по сию пору мало кто может сравниться с ними по части познаний в науке о ядах.

Известный греческий медик Диоска-рид среди множества своих наблюдений оставил и такую запись: «Уберечься от яда здесь чрезвычайно трудно, ибо египтяне готовят его так виртуозно, что и лучшие врачи чаще всего ошибаются в своих диагнозах». И конечно же, в Древнем Египте известны были способы выращивания ядовитых грибков, знали там, и как отравить атмосферу гробниц, поставив тем самым надежный заслон всякому, кто осмелится нарушить покой фараона, но...

Но вот осуществили ли они эти свои познания на деле? Говард Картер — а умер он 2 марта 1939 года,— не раз жаловался на приступы слабости, частые головные боли, даже галлюцинации — полный набор симптомов действия яда растительного происхождения. Вот почему принято полагать, что Картер избежал проклятия фараона в силу того, что практически не покидал Долину Царей с первого дня раскопок. День за днем получал он свою дозу отравы, пока, в конце концов, организм его не выработал устойчивый иммунитет. Что же, все выглядит вполне резонно, а может, так и было на самом деле.

Стремясь на север

Останки фараона Рамзеса II покоились в Национальном музее Каира с 1886 года.

Погребальная маска Тутанхамона

 Есть одна легенда о происшествии в зале саркофагов в этом музее. Как обычно, зал саркофагов был полон посетителей. С наступлением темноты вспыхнул свет, и вдруг из саркофага Рамзеса II раздался резкий, протяжный скрежет. Люди увидели леденящую кровь картину: в стекле качнувшегося саркофага мелькнул перекошенный немым криком рот Рамзеса; тело его содрогнулось, лопнули стягивавшие его бинты, и руки, покоившиеся на груди, вдруг резко и страшно ударили в стеклянную крышку; осколки битого стекла посыпались на пол. Казалось, мумия, иссушенный и только что надежно запеленутый труп, вот-вот бросится на гостей. Многие из стоявших в первых рядах попадали в обморок. Началась давка. Ломая ноги и ребра, люди гроздьями посыпались с лестницы, ведущей из зала. Среди тех, кто выпрыгивал прямо из окон, такой толчеи не было, и проворству и ловкости их могли бы позавидовать и олимпийские чемпионы.

Утренние выпуски газет не пожалели красок, смакуя это событие, на все лады толкуя о проклятии фараона. Ученые заметно приглушили возбужденный газетный хор, пояснив, что причиной события стали духота и влажность, изрядно накопившиеся тем вечером в зале. Мумии же предписан сухой, прохладный воздух гробницы.

...Как бы удовлетворившись произведенным эффектом, мумия застыла, склонив голову на плечо; лицо ее, забранное погребальной маской, было обращено на север — к Долине Царей.

Стекло саркофага заменили, и Рамзес II покоится на своем ложе как ни в чем не бывало — запеленутый, со скрещенными на груди руками. Но его лицо по-прежнему неотрывно обращено к северу.

При подготовке статьи были использованы материалы сайтов https://drevniiegypt.com.ua, https://www.vokrugsveta.ru и https://ru.wikipedia.org.

 

Оставить комментарий (1)
Loading...

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество